litnyra

Литературная Ныра

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Литературная Ныра » Диван Прозы » Боги-17, Альфа-версия


Боги-17, Альфа-версия

Сообщений 211 страница 240 из 469

211

Чёрный грач  :love:
*мысленно уже строчит фанфики*

0

212

Вампука:D

0

213

Хорошооо

0

214

Так вооот где я могу разгуляться по смысловым ошибкам)
Разделяй и властвуй, да, Тедди-Ло?)

P.S.: всем привет.

Отредактировано Олег (2017-01-17 13:37:27)

0

215

Бля.... теперь он и тут будет.
Ап. Привет! Рады видеть))

Отредактировано Вампука (2017-01-17 13:58:31)

0

216

Олег, где-то я вас уже видела. И такая  знакомая аватарка!  Белый квадрат  Малевича.

0

217

Вампука написал(а):

Бля.... теперь он и тут будет.
Ап. Привет! Рады видеть))
(Сегодня 13:58:31)

Объяснись.

0

218

Олег, ды потратила кучу нервных клеток, чтобы с вами на ФНП не спорить относительно каментов к Богам. Решила, что лучше буду на Ныре читать, чтобы не искушать судьбу. А тут вы. Это забавный момент.
*умеет изящно формулировать забавные моменты*

0

219

Олег, мимимими  :love:

0

220

Спорьте! Споооооооорьтеееееееееее.

0

221

Олег, голосни там в дуэли заодно.

0

222

Вампука написал(а):

потратила кучу нервных клеток, чтобы с вами на ФНП не спорить относительно каментов к Богам

Зачем тратили? Могли чётко, доходчиво и аргументированно показать мне, в чём я неправ.

Вампука написал(а):

Это забавный момент

Нет, это момент, который логически вытекает из данного мне приглашения от Лоторо (может зря, не отрицаю). И вот я захожу на сайт, оставляю свой первый комментарий и натыкаюсь на "Бля.... теперь он и тут будет" от совершенно незнакомого человека. И мне приходит в голову только два варианта: или человек хамит, или у человека нет чувства слова. Хотя последнего, по идее, на писательском форуме не должно быть. Вы, разумеется, в праве предложить другой вариант, и я обещаю его выслушать.

0

223

Олег написал(а):

Нет

Я могу чётко, доходчиво и аргументированно доказать, что всё-таки забавный. Но так как мне лень, то я готова признать, что была груба и фу. Стыд мне, стыд.
Ладно. Давайте поспорим лучше про Богов, а? Я буду ужасно вежливой, честное слово.

Тедди-Ло написал(а):

Спорьте! Споооооооорьтеееееееееее.

Да ты только этого и ждёшь! *ужаснулась*

0

224

Вампука написал(а):

Давайте поспорим лучше про Богов, а?

Чёт мне лень...

0

225

Разрешаю также грязно сраться. Но без перехода на личности.

0

226

Олег, не обижайся на Пинки у нас тут просто у всех несколько расслаблены пояса.  :rain:

0

227

Тедди-Ло написал(а):

Олег, не обижайся на Пинки у нас тут просто у всех несколько расслаблены пояса

Вижу. Я только не в теме.

0

228

Олег, вливайся  :glasses: есть кафана для вновь прибывших.

0

229

1.6.3. Джинн

– Чо там за дело на миллион? –  с любопытством спросил Локки, разуваясь в прихожей Тёминой квартиры. Он только что вернулся с практики, но сразу отправился к Артёму, стоило тому позвонить. Тёма, который находился в странно возбуждённом состоянии, выпалил:
– Короче, дело такое, – он нервно потирал ладони, глаза его блестели нездорово. – Я джинна нашёл, понял? Реально.
Локки хмыкнул, внимательно вгляделся в его лицо, ничего не сказал и без приглашения прошёл в комнату. Тёма почему-то почувствовал себя идиотом.
Гость сразу бросился Локки в глаза удивительным контрастом с армейским порядком Тёминой комнаты. Толстый и, очевидно, низенький, плешивый гость сидел в кресле и читал журнал Менс-Хелсс, глядя сквозь стёкла мутноватых очёчков. Одет он был как капуста — в несколько слоёв разнообразной и малосочетающейся между собой одежды — сверху на нём было зелёное женское пальто с объеденным молью кошачьим воротником, не сходившееся на круглом животе, под ним Локки смог разглядеть застиранную тёмно-синюю олимпийку адидас, горчичного цвета кофту крупной вязки, из-под которой виднелись ещё несколько слоёв разномастных рубашек и футболок. Поверх чёрных штанов с пузырями на коленях красовалась легкомысленная ситцевая юбка. Обут он был в тёмины тапки. Человечек то и дело промакивал лысину не очень свежим платком в крупный красный горох. В комнате пахло странно — то ли серой, то ли сандалом, то ли отутюженным бельём.
Локки поднял брови и с весёлым недоверием посмотрел на Тёму. 
– Вот, – помрачнев от того, что Локки ему не поверил, и упрямо выдвинув челюсть, заявил он. – Джинн. Звать Аполлинарий. Сокращённо Поля.
– Вы Джинн? – улыбаясь, спросил Локки у Поли, гадая, где и зачем Тёма подобрал этого занятного бомжа.
– Джинн, Роман Георгиевич, – подтвердил тот неожиданно глубоким гудящим басом и посмотрел прямо на Локки. В глазах «Поли» вспыхнули и закрутились два спиральных огненных вихря. Локки перестал улыбаться и инстинктивно отшатнулся.
– А где ты его взял-то? – почти шёпотом спросил он у довольно ухмыльнувшегося Тёмы.
– Да вот, – с небрежной гордостью сказал тот и подкинул в руке банку синебрюхова, которая стояла на комоде. – Прикинь, на крыше нашёл, думал – наша, забрал с собой, тут открыл – а оттуда он – слушаю и повинуюсь, говорит, в рамках здравого смысла и математической логики.
Пока Тёма рассказывал, выражение лица Локки менялось от испуганной растерянности к хорошо знакомому Тёме алчному любопытству.
– Не воскрешаю, не умертвляю, не влияю на волю людей, не выполняю желания о желаниях. – вставил джинн.
Локки досадливо цокнул языком и обернулся к Артёму:
– Ты уже что-нибудь загадал?
Тёма покачал головой:
– Тебя же ждал. Нужно придумать что-то... Такое.
Локки улыбнулся:
– Я польщён.
И глубоко задумался. Тёма со скрытым беспокойством поглядывал на него, так смотрит мальчишка на друга, которому дал поиграть дорогую игрушку.
– Да, для джинна он, конечно, странно выглядит...--  сказал наконец Локки. – Слушай, а можно его Григорию показать? Пусть через очки на него посмотрит... Это любопытно.
– Очки! Точно! – оживился Тёма. – Нафига ты их вообще ему отдал?
– Загадай себе такие, – улыбнулся Локки. – Это его очки, только он может ими полноценно пользоваться.

Когда Гришке позвонил Роман Егорыч, он чуть не уронил телефон от волнения, благо тот был на шнурке. Гришка и ждал и боялся этого звонка. Несколько дней он мучился тем, что после лагеря кончится всё – надежда на супер-друзей, на приключения, на перемены, что Локки и Артём забудут о нём, несмотря на все уверения. И вот – этот звонок. Роман сказал, что им с Артёмом срочно понадобилась Гришкина «супер-сила». Гришка, не подумав, от радости, тут же согласился встретиться.
Однако, проблема была в том, что Гришке одному не разрешали ездить в другие районы города. А встречу Роман (Локки – поправлял себя Гришка) назначил далеко от его дома. Была ещё одна проблема. Хотя, вернувшись из лагеря, Гришка все уши прожужжал отцу и матери о своём золотом вожатом, он прекрасно понимал, что они едва ли одобрят дружбу Гришки со взрослым парнем. С точки зрения его родителей – это было ненормально, общаться с кем-то кроме ровесников. А Гришку с раннего детства тянуло к старшим ребятам, со сверстниками ему было скучно. Но настоящей дружбы у него ни с кем не сложилось, отчасти из-за неодобрения родителей, отчасти из-за того, что старшие дети считали, что возиться с малышнёй стыдно.
Гришка ушёл в комнату и стал ломать голову над ситуацией. Спустя четверть часа, он, сгорая от стыда, перезвонил Локки и признался, что его не отпускают. Локки сказал что-то другому человеку (Гришка не расслышал, что, наверное, Локки прикрыл динамик ладонью) и бодро скомандовал Гришке:
– Держись, сейчас тебя Тёма выдернет. Он твои координаты знает, оказывается. Скажи только родителям, чтобы не беспокоились, что ты спать там будешь или уроки делать.
– Ага, –  сказал Гришка, глупо улыбаясь в телефон. –  Какие уроки, каникулы ещё...
– Короче, на твоё усмотрение. Пять минут боевая готовность.
– Есть, товарищ капитан! – радостно ответил Гришка и бросился писать на альбомном листе: «Не беспокоить!»
На всякий случай он свернул одеяло и накрыл его сверху покрывалом, чтобы казалось, что кто-то лежит на кровати, укрывшись с головой. Как только он начал беспокоиться и поглядывать на телефон, прицеливаясь позвонить, его «выдернули». Ничего особенного он не почувствовал, как и в первый раз – просто оказался в другой квартире.
– Здарова, – сказал улыбающийся Локки и протянул ему руку. – Давно не виделись.
– Привет! – застенчиво сказал он, отвечая на рукопожатие и лихорадочно вспоминая, не забыл ли чего. – А это кто? – шёпотом спросил он у Локки, глядя на странного человечка в кресле.
– А это ты нам скажи, – сурово нахмурившись, предложил Артём. Он стоял, скрестив руки на груди и внимательно смотрел на Гришку. Гришка смутился. Он, вроде бы и помнил, что Тёма нормально к нему относится, но всё-таки стушевался.
– Через очки посмотри, – попросил Локки. Но Гришка и так понял, что от него хотят, достал из кармана очки, отщёлкал до "Линз Истины», как называл их про себя, и уставился на толстячка, который не обращал на них всех никакого внимания.
– Ух ты, – сказал он спустя некоторое время. – Круто! Это же что? Джинн? Или ифрит?
– Да это одно и то же, – поморщившись сказал Тёма. и Гришка почувствовал, что краснеет. Снял очки. – Что ты увидел? Конкретно?
– Он огненный весь, как Локки, – объяснил Гришка. – Ну почти как Локки. У него огонь такой... исполняющий желания. Джинний огонь. Он по цвету такой, волшебный.
Тёма ошарашено смотрел на него, подняв одну бровь.
– Я огненный?! – поразился Локки.
– А я? – подозрительно спросил Тёма. Джинн внимательно смотрел из-за журнала на Гришку.
– Э... ну да, огненный, – смешавшись, кивнул Гришка. – Я не говорил что ли? Я думал, ты знаешь. А Артём он такой... как терминатор тэ тысяча.
– Охренеть, – сказал Локки, сияя взглядом. – Интересно, интересно.
Он принялся быстро ходить по комнате из угла в угол.
Джин вздохнул и скрылся за журналом. Тёма растерянно почесал затылок.
Гришка с тревогой переводил взгляд с Тёмы на Локки. Он что-то не то сказал?
-- Желание загадывать будем? -- прогудел джинн.
Артём с надеждой глянул на Локки. Локки смущённо рассмеялся:
-- У меня только одно эгоистическое желание – чтобы он мне открыл мою «суперсилу».
– Это не может считаться желанием, – немедленно сообщил джинн. – Справочная информация ничего общего с исполнением желания не имеет.
– Блин, – расстроился Локки. – Гриш, может у тебя здравые идеи есть?
– Может, – застенчиво начал Гришка. – Может, чтобы все болезни в мире пропали. И просто, чтобы мир во всём мире...
– Ленка лишится работы, – хохотнул Локки.
Джинн неожиданно замялся.
– Это я могу исполнить, – нехотя сказал он.
– Угу, – мрачно заговорил Артём. – У нас сразу вся экономика рухнет. Прикиньте безработицу среди врачей, и всех тех, кто лекарствами занимается, медоборудованием... А потом перенаселение нагрянет. Да и войны... Это всем мозги промыть придётся.
-- Можно пожелать здоровья близким, – предложил Локки. – Это не обрушит экономику.
– Блин, – сказал Артём. – Просто смотри, мы же типа эта... – он поморщился, – мир там создаём. Так мы его и так создадим таким, чтобы без болезней, нафига на этот желания тратить?
В комнате воцарилась странная тишина.
-- Мне кажется, может быть, подождать удобного момента? – помявшись, предложил Гришка. – Вдруг что-то произойдёт и желание понадобится?
– Пацан, ты гений, – серьёзно сказал Артём. – Но у меня трабла – этот тип везде таскается со мной.
– Гришка прав, – подмигнул Локки. – Терпи, бро. Считай, что у тебя родственник в гости приехал.
Артём закрыл лицо ладонью.
– Ну что, пошуршали в город?
– Мне в гараже нужно быть, заказы косяком идут.
Локки рассмеялся, это он подал Артёму идею, как с его способностями отмывать деньги на гараже. Не тратясь на новые детали, восстанавливать машины коррекцией и получать троекратную прибыль.
– Ок, – бросил Локки и повернулся к Гришке. – Гришк, пойдём, я тебя с Ленкой познакомлю.
– Ага, – сказал Гришка, трепеща от радости и при этом виновато поглядывая на Артёма. На самом деле ему ещё страшно хотелось остаться и поговорить с джинном, распросить его о прошлом... Да обо всём! Это же джинн! Он наверняка знает очень много.
Но Локки уже обувался в прихожей. Тут Гришка и вспомнил, что у него-то обуви нет – Тёма ведь вытянул его прямо из комнаты – в чём Гришка был.
– Ой, – сказал он, пошевелив пальцами босых ног. -- А ещё, меня не отпустят же. Я не знаю, как...
– Я за тобой зайду через полчаса, всё будет окей, – сказал ему Локки, надел бейсболку и вышел из квартиры Артёма.
Пока Артём разворачивал план-схему, Гришка жадными глазами смотрел на джинна, снова углубившегося в журнал и никак не мог придумать, что бы у него спросить. Наконец Тёма сказал:
– Отправляю.
Гришка моргнул, а открыл глаза уже в своей комнате. Он разобрал подушечного себя на кровати, открыл дверь, сорвал плакат «Не беспокоить» и стал ждать.

+1

230

1.6.4 Комплект

**
Спустя полчаса, которые показались Гришке днями, входная дверь хлопнула, в прихожей послышались голоса. Гришка босиком подбежал к двери в коридор и приник к ней ухом.
Он различил растерянный голос мамы, который говорил, приближаясь к двери:
– Вы думаете, будет педагогично позволять ему присутствовать при разговоре.
Гришка едва успел отпрыгнуть от двери, чтобы не получить ею по лбу.
Он попытался напустить себя невинный и ни о чём не подозревающий вид.
Но мама была озабочена так, что всё равно не обратила никакого внимания на на выражение его лица.
– Григорий, пойдём в зал... Пришли какие-то люди из художественной школы.
Сердце Гришки сладко затрепетало. Он прошёл за матерью в зал и увидел сидящего на диване Локки и незнакомую рыжую и кудрявую девушку. Он понял, что это и есть Ленка, о которой столько успел рассказать Локки. Гришка помимо своей воли расплылся в улыбке и только по подсказке мамы выдал:
–  Здрасьте.
Мама села в кресло, Гришка пристроился на его подлокотнике.
– Вы правда считаете, что ему стоит заниматься? – спросила она.
Локки усиленно закивал, а рыжая девушка серьёзно сказала:
– Заниматься стоит всем и всегда, это лишним не бывает. Мы не обещаем, что он станет великим художником, но ведь иначе можно упустить шанс.
Гришка понял, что она изо всех сил старается не врать.
– В лагере Григорий показал отличную технику, – заговорил Локки (а вот это была ложь вопиющая). – Жаль, рисунки не сохранились, но новые мы все отдадим в ваше распоряжение.
И он улыбнулся. Гришка, даже не глядя на маму, понял, что она убеждена.
– И это бесплатно? – неуверенно уточнила она. Пара на диване синхронно кивнула.
– Абсолютно, – сияя, заверил Локки. – Совершенно бесплатно.
Но мама сказала, что ей нужно посоветоваться с отцом, взяла номер телефона Ленки (она была представлена, как преподаватель рисования).
Пока они обо всём договаривались, Гришка с жадностью изучал Ленку, которой должны были принадлежать рисунки из его... то есть из её, теперь уже из её блокнота.
Сам с собой он пришёл к выводу, что только такой девушке и могли принадлежать такие рисунки.
– Мам, а можно я погуляю? – пискнул Гришка, когда гости уже собирались уходить. Он не решался добавить «с ними». Локки незаметно подмигнул ему.
Мама разрешила, хотя Гришка видел, что она просто не смогла собраться с мыслями и понять, что ещё нужно сделать Григорию перед тем, как он может погулять.
Гришка прыгнул в новые сандалии и вышел вместе с Локки и Ленкой.
– Вот круто! – сказал он, когда все вышли на крыльцо подъезда. День был солнечный и тёплый, даром что конец августа. – Спасибо! А что мы будем маме с папой показывать? Я же не всамделе буду учиться?
– Ещё и как в самом деле, – сурово отрубила Ленка. – Раз уж придумали, так придумали. Ничего, общему делу это не помешает.
Гришка видел, что за суровостью прячется неудовольствие выдумкой Локки на счёт якобы учёбы и попытка как-нибудь поправить дело. Гришка её понимал – он сам не любил врать.
– Не переживай, – улыбнулся Локки, потягиваясь. – Ну будешь рисовать заодно. Ленку отговаривать бесполезно.
«Но я не уверен, что хочу рисовать» – подумал Гришка.
– Время занятий сам определишь, – сказала Ленка, метнув острый взгляд на Локки. – Потом посмотрим, как там с моим расписанием в меде.
Локки напустил на себя виноватый вид, но Гришка видел, что искренности в нём маловато.
– Я люблю рисовать, – сказал он, надеясь, что сгладит впечатление.
Ленка вздохнула.
– Вот и хорошо.
Локки хлопнул себя по лбу и забежал вперёд, чтобы встать перед Гришкой и Ленкой.
– Чуть не забыл, Гриш, посмотри на Ленку в очках, а?
Гришка взглядом спросил у Ленки, не против ли она. Ленка была не против. Гришка достал из кармана очки, надел и уставился на Ленку.
– Ну она такая же как вы с ...Артёмом, – запнувшись, начал объяснять Гришка. – Но другая... Как вы с Артёмом. Вся в кольцах. Она – Королева.
Ленка фыркнул и покраснела.
Гришка снял очки и смущённо потупился.
– Королева в кольцах, – со значением объявил Локки и захохотал. Ленка покачала головой.
– Джек очень хотел с тобой познакомиться, – сказала она. -- Надеюсь, твои родители всё же договорятся и уже завтра вы увидитесь.

Гришкин отец вечером дал своё согласие на то, чтобы сын обучался изобразительному искусству и через день Гришка уже летел на светлом, полупустом троллейбусе к месту занятий. Там его ждали Ленка и какой-то незнакомый взрослый мальчик, который изменился в лице, увидев его.
– Здрасьте, – осторожно сказал Гришка, рассуждая о том, тот ли самый это Джек.
– Привет, – напряжённо сказал мальчик. – Я... Джек.
Он выжидательно уставился на Гришку. Гришка понятия не имел, чего тот ждёт и растерянно захлопал глазами. Он вспомнил, что Артём и Локки не очень хорошо отзывались об этом Джеке.
– Жень, чего уставился на человека с порога? – одёрнула его Ленка. – Разувайся, Гриша, проходи.
Гришка сделал, что велено.
Джек не отставал от него и в зале.
– Леночка, не учи его прямо сейчас, а? – умоляюще попросил Джек. – Я хочу ему всё рассказать.
– Для этого в конце концов и затеяли всё, – вздохнула Ленка. – Пойду чай приготовлю, а вы тут общайтесь... А ты не хочешь вторую подождать?
Но Джек почему-то не хотел.
Он сел рядом с Гришкой и снова уставился ему прямо в лицо. Гришка от смущения не знал, куда себя деть.
– Слушай, – начал Джек. – Ты мне не поверишь, но мы уже знакомы... Только когда мы познакомились, я был твоего возраста. В больнице. Ну и я был не совсем я...
Гришка испуганно замигал.
Джек вздохнул.
– Неважно, ладно. Короче, мы там с тобой болели плохой болезнью и я так и не знаю, что с тобой случилось, а я, короче, я умер.
Гришка выглядел ещё более испуганным.
– Но не совсем, – продолжал Джек. – Я нашёл выход и хочу теперь построить такой мир, в котором мы все вместе будем живы и здоровы.
– Это здорово, – робко сказал Гришка. Джек просиял.
– Я тоже так решил. А чтобы построить мир, мне нужно найти тех, кто сможет это сделать. Один я не справлюсь. Ну вот ты – можешь. Вот твоя карта.
Джек протянул ему кусок картона.
Гришка взял его и посмотрел на картинку со смесью любопытства и страха.
На картинке был изображён валет червей, который медленно менял свои очертания, пока не превратился в Гришку. Гришка ойкнул и засмеялся.
«Гарин Григорий Вячеславович. Свечка из колоды дурака».
– Ух ты, – сказал он. – Клёво. Это мне?
Джек кивнул. Гришка продолжал любоваться на карту. Он внезапно загордился тем, что у него теперь есть собственная «визитка».
– А что значит Свечка? – спросил он.
– Ну, Свечка, это значит освещает всё, проливает на всё свет, – путанно объяснил Джек.
– Клёво, – повторил Гришка. – А ты кто?
Теперь смутился Джек.
– Неважно, – промямлил он. – Ленка вот – Плутовка, а Локки – Арлекин.
– Ленка, по-моему, не очень похожа на Плутовку, – вежливо усомнился Гришка.
Джек взглянул на него с ужасом, так что Гришка немного испугался сам.
– Может мы и напутали, – пробормотал Джек. – Тогда, это, конечно, очень нехорошо.
– И как мы будем строить мир? – с интересом продолжил допрос Гришка.
– Ну, – Джек набрал в грудь побольше воздуха. – Это очень сложно и долго, каждый будет заниматься своим делом. Главное его сначала придумать и не торопиться... И ещё сначала нужно собраться всем. Сегодня вот ты пришёл, а ещё должна придти...
В этот момент раздался звонок в дверь. Ленка, хлопотавшая на кухне, пошла открывать.
Джек смотрел на Гришку и ему было больно. Больно смотреть на друга, который тебя видит чужим. Да и вообще. Джек ведь был в том мире девчонкой. Но Гришка совсем ничего не помнил, совсем. Видимо, в его жизни ещё не случилось того, что помнил Джек, что он старательно записал в своей тетради. От Лилички он тоже не ждал воспоминаний.
Через минуту в зале оказалась та самая тощая и лопоухая девчонка с мрачным взглядом из лагеря.
Она молча огляделась, слабо кивнув Гришке и Джеку, увидела три мольберта, краски и кисти и горестно сказала:
– Блин, мы чо в натуре будем рисовать?
– Вы же для этого сюда пришли, – напомнила Ленка с прохладой. – Помоги мне, пожалуйста с чаем, Лиля.
– Не буду рисовать, – мрачно сказала Лиличка. Но за чаем, тем не менее, с Ленкой пошла.
– Не буду рисовать, это тупо, – повторила она. – А где Егорыч?
Её понял только Гришка.
– Она про Локки спрашивает, – поспешно объяснил он. Ленка пожала плечами:
– Я не знаю, где он. Вы оба и так с ним уже знакомы, познакомьтесь теперь с нами. И если ты не хочешь рисовать, можешь не рисовать.
Лиличка удовлетворённо кивнула, и принялась ходить по комнате разглядывая рисунки, постеры и книжки в шкафу. Джек пил чай и пристально наблюдал за ней.
– Вы тут без предков живёте, – сказала вдруг Лиличка.
Ленка подняла брови и немного нервно спросила:
– Почему ты так думаешь?
– Дедукция, – снисходительно бросила Лиличка. – Мама говорила, у вас тут наркопритон и шлюхи.
Ленка покраснела, на этот раз от возмущения.
– Я бы такого не допустила, – отчеканила она.
Гришка шёпотом спросил у Джека:
– А она-то кто? Неужели тоже будет... строить.
Джек кивнул.
– Мы и её знали с тобой. Она классная. Вообще-то.
Тем временем Лиличка подошла к ним.
– Как это вы меня знали? – спросила она и осеклась. Глаза её мечтательно затуманились. – А, поняла, это типа клуб реинкарнантов, да? Мы с вами виделись в прошлой жизни.
– Типа того, – выдавил Джек. Он быстро пересказал ей то, что только что объяснил Гришке.
– Да ты гонишь, – Лиличка прислонилась к стене и скрестила руки на груди. – Ты в натуре гонишь.
Джек молча протянул ей карту.
Лиличка посмотрела, как бесовка-пиковая дама меняла свои черты на её, Лилькины. Лильке это понравилось.
– Вау, – сказала она. – Чёрная магия. Круто.
– Так ты с нами? – спросил Джек. Он не обращал внимания на Лилькину колючую грубость, с тоской глядя в её лицо, воспоминая больничный блок и их троих вместе.
– Влюбился что ли в меня? – поинтересовалась Лиличка.
– Не, – ответил Джек и вздохнул. – Просто очень соскучился.
Ленка и Гришка тем временем увлечённо что-то писали на мольбертах акварелью.
– Ладно, – пробурчала Лиличка. – Давайте тоже что-нибудь нарисую.
– И я с вами! – запрыгал Джек.
Ленка покачала головой и пошла за дополнительными кисточками и краской.

0

231

Внезапно резонанс с Джеком.

0

232

1.6.5 День Рождения Ленки

На кухне Ленкиной дачи царило совсем не денрожденное уныние. Именинница задумчиво нарезала салат в большую миску. Джек сосредоточенно раскачивался на табурете, невидяще глядя перед собой. Митька ходил по кухоньке из угла в угол и маялся бездельем: попытки помочь на кухне Ленка пресекала, а перспектива идти на двор и помогать Локки и Тёме с шашлыками ему совершенно не улыбалась.
Во дворе было явно веселее, то и дело оттуда доносились взрывы хохота. Ленка вздохнула, ссыпая очередную партию нарезанных огурцов в общую горку:
-- Почему у меня такое чувство, как будто завтра война? – спросила она непонятно у кого.
-- Потому что примерно так и есть, – мрачно ответил Джек, снова качнувшись на табурете. – Теперь мы вместе, значит, игра началась. Игроки попытаются нас разделить, а может и уничтожить. Пока мы будем делать Мир без Разлук.
-- А мы можем тогда ничего не делать? – спросила Ленка, аккуратно нарезая помидоры на разделочной доске.
-- В смысле? – непонимающе уставился на неё Джек. Митька поднял бровь.
-- Просто ничего не делать и всё, – пожала плечами Ленка. – Если уж это так опасно, давайте оставим всё как было? – она с надеждой посмотрела на обоих.
Джек покачал головой.
-- Не, – со вздохом возразил он. – У нас уже нет выбора, механизм запущен, мы можем только проиграть, выйти из игры – никак. И нам нужно торопиться, Игроки наверняка скоро начнут действовать. Чёрная Птица говорил, что они опасны.
– Хорошо б было поговорить с ним сейчас, – заметил Митька, глядя на руки Ленки, испачканные помидорным соком.
-- Угу, – уныло согласился Джек. – Жалко, что никак.

С улицы раздался очередной взрыв хохота, за которым последовал громоподобный удар по крыше. Джек, Ленка и Митька синхронно подняли головы. С потолка сыпалась труха.
-- Да что они там делают? – возмутилась Ленка, бросила нож и, наскоро вытерев руки полотенцем, решительно отправилась на крыльцо.
Взгляду её предстала не самая обычная для их дачного двора картина. Во-первых, весь двор был утыкан какими-то каменными столбами разной высоты, на плоских вершинах некоторых из них лежали мелкие жёлтые яблоки, явно натасканные с соседской яблони, ветви которой опрометчиво распростёрлись на чужой территории.
Ленка уже открыла рот, чтобы спросить, что происходит, когда по крыше снова загрохотало. Мимо Ленкиного носа со свистом пролетело нечто крупное, не достигло земли и беззвучно исчезло на полдороги. Ленка потеряла дар речи от неожиданности. Затем, откуда-то сбоку, буквально из воздуха, вывалился Локки верхом на велосипеде. Траектория его движения мало соответствовала законам физики. Он с гиканьем пролетел метра два строго по горизонтали и сшиб ракеткой для бадминтона, которую держал как меч, яблоко с самого высокого столба, чем заработал бурные овации публики, после чего так же беззвучно исчез и тут же появился у бочки с дождевой водой. Там он потерял равновесие и, под одобрительные выкрики, пропахал носом траву. Велосипед жалобно звякнул, накрывая Локки сверху. Публика неистовствовала. Она состояла из собственно Тёмы, который валялся на лежаке в тёмных очках и с секундомером, джинна Поли, который сидел рядом с мангалом, и тёминого кота Кузьмы Василича, взиравшего на окружающее с явственным презрением.
-- Вы тут совсем с ума посходили? – сухо осведомилась Ленка. Судя по обилию яблок, которыми была усеяна трава под столбами, это был далеко не первый заход Локки. Просто раньше они вели себя потише.
-- Не, мы играем, – приглушённо сказал Локки из-под велосипеда. – Круть!
-- Прям как в Портале, – подтвердил Тёма и почесал голый живот. – Видишь, я понаделал порталов, а Локки их использует, чтобы сбить яблоки. Только что сбил одиннадцать подряд за двадцать секунд, новый рекорд. Поля, ты записал?
Поля важно кивнул, поправив пенсне.
-- Мне нужна перекись, – заявил довольный Локки, выбравшийся из-под велосипеда и хромавший по направлению к крыльцу. На предплечьях у него красовалось по свежей длинной ссадине.
Ленка даже не нашлась, что сказать.
-- Чё у вас там с шашлыками? – спросил выглянувший следом за ней Митька.
-- Локки перелил зажигашки на угли, – лениво объяснил Тёма. – Пока не прогорят, ничего не получится.
Огонь в мангале горел высоко и ясно, угли в ближайшее время прогорать явно не собирались.
-- Не вешай нос, Ленок, – улыбнулся Локки, щедро поливая ссадины шипящей перекисью. Он даже не морщился. – Поехали на озеро, пока угли прогорают.
-- Спасибо, у меня ещё салаты не готовы, – сдержанно ответила Ленка. Она злилась на Локки и на Митьку и на Тёму за то, что у неё в самом деле не было праздничного настроения, даже несмотря на подарок, отданный Локки ещё с утра (новый блокнот для зарисовок и набор кисточек). Митька пока своего подарка не отдал. А может, его и не было. От Джека и Артёма она ничего и не ждала.
Локки на настроение сестры смотрел более оптимистично, он был уверен, что когда все сядут за стол, настроение появится. А уж когда все «бахнут» по чуть-чуть, тем более.
Обработав руки, он ушёл в сарай, а вернулся оттуда, толкая за руль старый «Урал» с коляской.
Артём присвистнул и сел на лежаке.
-- Раритет, – уважительно сказал он. – Что, прям ездит?
-- Да чо ему сделается? – весело отозвался Локки. Он сел верхом на Урал и, хоть не с первого раза, но завёл его.
-- Шлем один что ли? – недовольно спросил Артём.
-- Ага, – не моргнув глазом ответил Локки. – Я на озеро. А у тебя шашлыки.
Он весело подмигнул Артёму, дал по газам и укатил со двора, окружённый пылью и грохотом.
Артём опешил. “У тебя шашлыки”. Ничего себе заявочки! А сам на озеро зависать погнал. Тёма встал с лежака и пошёл к мангалу. Ленка проводила его сочувствующим взглядом, что разозлило Артёма ещё сильнее.

-- Да давай я схожу, – Митька запихал в карман брюк первый попавшийся пакет и махнул рукой. – Я быстро.
-- Извини, – расстроенно сказала Ленка. – У меня как всегда...
Митька мотнул головой: «не морочься, мол», коротко и дежурно чмокнул её в щёку и вышел с кухни.
-- Всё наперекосяк, – бурчала Ленка, ополаскивая ложки и вилки под струёй холодной воды. – Может хоть посуду помоешь? – раздражённо поинтересовалась она у Джека, который тихонько сидел в углу и строчил что-то в тетрадь. Джек заморгал, сунул тетрадь за пазуху.
-- Ага... конечно... помою, давай.
Ленка вышла во двор с полным тазом грязной воды, таз она вылила в канаву при участке. А на обратном пути свернула к Тёме, который угрюмо занимался нанизыванием шашлыков на шампуры. Ленка перевернула таз и уселась на него, подпёрла щёки руками, без предисловий начала:
-- Он специально так делает, имей в виду.
-- Кто? Что? – хмуро и без интереса уточнил Тёма, покосившись на Ленку. Её только здесь не хватало.
-- Локки. Дразнит, – со вздохом объяснила Ленка, и почесала комариный укус на ноге. Комаров к вечеру стало неприлично много. – По носу щёлкает. Проверяет границы дозволенного. Натура такая. Поверь мне, я с ним выросла. Он и со мной так же поступал и поступает.
Тёма посмотрел на неё взглядом полным презрения, воткнул веер шампуров в землю и вытер грязные руки о штаны.
-- Девочка, – начал он снисходительно. Ленку передёрнуло. – Я, вроде не баба и он, вроде не баба, чтобы жопами друг перед другом крутить. Нам такое вообще по барабану. – он поворошил веткой ровно горящие угли. – Дразнит. Нашла, с чем сравнивать. Ты не путай мужскую дружбу и общение с противоположным...
Но он не договорил, воздух наполнился гулом, как будто над ними летел самолёт. Гул разрастался, с ним пришло и дрожание земли. Ленка и Тёма задрали головы к небу. Им обоим показалось, что на них падает солнце. Кузьма Василич с Полей высунулись из кустов, но тут же спрятались обратно.
-- Ложись! – заорал Тёма, хватая Ленку за плечи и толкая на землю. Сам рухнул следом, прикрывая голову и себе и ей, как получалось. Бестолковая Ленка не хотела утыкаться носом в землю и всё порывалась проследить как и куда именно летит НЛО. Гул перешёл в свист и нечто на огромной скорости врубилось в газон, подняв фонтан земляных комьев, которые тут же забарабанили по их спинам и плечам.
Взрывная волна, к Тёминому мимолётному удивлению даже не ощутилась. Только уши заложило.
Из дома выскочил Джек с вытаращенными глазами. Он что-то кричал, прикрывая глаза и указывая в центр лужайки, но Тёма его не слышал. А из места падения шло такое сияние и жар, что туда и головы повернуть было невозможно.
Ленка трепыхалась под ним, пытаясь выбраться. Тёма почувствовал, как начала потрескивать от жара рубашка. Он попытался отползти подальше к кустам, вместе с Ленкой, и тут у него прорезался слух.
– Аз есьмь Вестник! – прогрохотало из центра сияния. Тёма попытался сквозь слёзы рассмотреть, кто говорит, хотя рисковал остаться без бровей и ресниц.
-- Йааааааа!!! – раздалось рядом. Поля одним прыжком сиганул из куста, держа перед собой шланг брандспойта и принялся поливать источник жара и сияния. Раздалось шипение и двор тут же окутали клубы плотного белого пара.
-- Да што ж ты творишь, бес окаянный?! Я ж...  – окающий бас потонул в шипении испаряющейся воды.
-- Молчи, скотина ангельская, – не отставал от баса Поля, похожий на взъярившийся тряпичный колобок. – Ты тут всё спалишь!
И поливал, поливал упавшую звезду из шланга. Жар схлынул, равномерно распределившись в воздухе паром. Свет, исходящий из эпицентра падения, померк, так что теперь наконец стало возможно разглядеть, что там находилось. Посреди двора, в том месте, куда предположительно рухнул сияющий метеорит, образовался небольшой, но довольно глубокий кратер. В кратере, по колено в клокотавшей от жара воде, стоял дюжий детина. Росту в нём, по Тёминой, прикидке было метра три. Тот самый слепящий свет – белое и беспримесное сияние – исходил непосредственно от лица и одежды детины. Лицо его было безупречно пропорционально, но то ли из-за яркого света, то ли из-за жара, колеблющего воздух вокруг него, то ли из-за нечеловеческой крупности, казалось гротескным до уродливости.
Глаза Тёмы устали от всё ещё яркого света, исходившего от фигуры, он зажмурился и ещё отвернулся для верности.
Джек застыл на крыльце, открыв рот и вцепившись в перила.
-- Аз есмь вестник, – неуверенно громыхнул верзила и взмахнул четырьмя ослепительно-белыми, вымокшими крылами. – Весть благую принёс тебе... Тебе...
Он шарил глазами на выкате по двору и крыльцу, явно не находя искомого.
-- А где ж нечисть греховная, чернокрылая?! – разочарованно прогудел он, сочно окая.
-- Это он что, про Митьку? – оторопело уточнила Ленка у Джека, поднимаясь с травы. Джек не ответил, неотрывно следя за сияющим гостем через очки.
-- Ангел данностный про Дмитрия Вадимовича говорит, так точно, – подтвердил Поля, отшвыривая шланг и плюхаясь пятой точкой на землю. Он извлёк откуда-то из-под юбок носовой платок в оранжевую клетку и принялся утирать им своё круглое и потное лицо. – Нет его! – прикрикнул он на того, кого назвал ангелом. – Кыш отседова, тварь пернатая!
-- Вестник не мог ошибиться, – угрюмо пробубнил верзила-ангел  и оглушительно чихнул. – Пошто вводите в обман меня? Чернокрылый, выходь, весть истинно благая тебе. Зело радоваться бушь.
Поля громко и выразительно фыркнул.
-- Но его правда нет, – возразила Ленка. – Не стал бы он прятаться. В другой раз приходите. Ну или передайте нам эту вашу весть.
-- Не положено, – монотонно объяснил Ангел, переминаясь в своей луже, которая постепенно переставала кипеть.
-- Что тебе нужно-то от него? – буркнул Тёма, осторожно поворачиваясь к ангелу боком. – Щас пригонит, поди, недалеко ушёл.
Ленка обернулась к Тёме и посмотрела на него страшными глазами: «Совсем, мол, спятил»? Но Тёме было интересно послушать «весть благую».

0

233

Эмили написал(а):

Внезапно резонанс с Джеком.

:question:

0

234

Эсэмэсочкаааааа)))))

0

235

1.6.6 Весть

-- Я подожду, – смиренно прогудел вестник, сцепляя огромные ладони на животе. Он смотрел исподлобья, укоризненно, как будто всё ещё подозревал, что они укрывают «греховную тварь чернокрылую».
-- Бог нынче снова девятиедин, любезный, – раздражённо сказал Поля. – Излагайте смело вашу весть – эти дети всё равно одно с чернокрылым.
-- Не еретичествуй, нечисть, – с добродушным пренебрежением пробасил ангел.
Тёма не мог понять, почему Поле так явно не нравится этот светящийся великан.
-- Вы с ним знакомы что ли? – шепнул он джину.
-- Все они одинаковые, – прошипел Поля и принялся яростно тереть лоб платком. – Весть он принёс, как же, как же. Сейчас он вам устроит, я могу гарантировать, что устроит.
Ленка с тревогой прислушивалась к словам Поли, ей появление ангела и его интерес к Митьке тоже ох как не понравился.
Ангел тем временем перевёл взгляд бычьих, на выкате глаз с Ленки на Джек и обратно, громоподобно откашлялся и спросил у Ленки:
-- Девица, а нет ли у тебя чем горло вестнику промочить, пока ожидаю?
-- Я думала, ангелы не едят, – пролепетала Ленка. – И не пьют.
-- Пьют кровь, красное вино и воду, жрут красные фрукты и сырое мясо, – отчеканил Поля. – Кормить и поить эту скотину я не советую, барышня Елена.
-- Почему? – спросила Ленка в замешательстве глядя то на Тёму, то на Полю. – У нас есть красное вино... Да и как-то неловко. Он же гость всё-таки.
«Может, он тогда подобреет, что-нибудь хорошее расскажет» – подумала она, убегая в дом.
Джек тем временем сошёл с крыльца и обошёл Ангела по кругу.
– Ни разу живого ангела не видел, – с восторгом выговорил она после второго витка. – Вестник, скажи, почему ты ...мм... в таком вот виде явился? Не во сне там, не в видении? Поля, ангелы же обычно не так являются, или я путаю?
Ангел прочистил горло и задумался, нахмурив покатый лоб, величиной с хороший таз.
– Натурально не путаете, – мрачно подтвердил джин. – Иначе всё пожгли б к свиньям собачьим давным давно. Но тут у него иначе и не получилось бы появиться. Вы ж сразу в двух мирах умудряетесь существовать, разорваться ему что ли было? Видали, какие у вы ему проблемы затеяли с определением координат адресата? – Поля говорил с мстительным удовольствием. – Это, между прочим, для вас хороший знак, очень хороший, барышня Женя. Значит, есть у вас силы.
Джек подпрыгнул и покраснел:
-- Я не барышня, – выдавил он.
Поля на его слова внимания не обратил.
Ангел то ли фыркнул насмешливо, то ли кашлянул угрожающе.
-- Малы ещё силы-то, – солидно прогудел он.
-- А главное, это же те ещё крылатые профурсетки. Никакой морали, никакого понятия о порядочности. Служат сразу всем, без исключений, – гадливо глядя на Ангела, говорил Поля. – Скоро и к вам начнут приставать с предложением своих услуг.
Джек с Артёмом невольно уставились на Ангела, видимо, ожидая, что тот станет спорить и оправдываться. Но Ангел стоял смирно, потупившись, и хранил полное осознания собственного достоинства молчание.
Ленка вышла из дома неся перед собой объёмную алюминиевую кастрюлю, на три четверти полную красным вином.

Слишком близко подойти к Ангелу ей не удалось – из-за сильного жара. Пришлось поставить кастрюлю прямо на землю и отойти в сторону, сделав приглашающий жест. Ангел вышагнул из своего кратера (трава под его ногами немедленно задымилась), с явным трудом наклонился и бережно поднял кастрюлю, которая в его руках казалась не большой чайной чашкой.
-- Благодарствую, дева, – прогудел он и, не скрывая удовольствия, отхлебнул вина. Кастрюли ему хватило на три глотка. Ангел вытер рот и причмокнул. Ленка передёрнулась, в его жесте ей почудилось что-то плотоядное.
Артём тем временем отыскал в траве свои тёмные очки и наконец смог прямо посмотреть на ангела. Сияние того уже померкло, он начал розоветь – то ли от выпитого вина, то ли от того, что медленно, но верно остывал. Тёма различил, что одет «ангел» в форменную рубаху с квадратными карманами на груди, на подобии тех, что носят солдаты США, кроме того, с растущим изумлением, Тёма заметил у него довольно длинный, тонкий и подвижный хвост.
Вдалеке затарахтел мотор, и через несколько минут, на максимальной скорости, которую только мог развить старый «Урал» на двор влетел Локки. Глаза у него были круглыми от страха.
-- Э! Вы тут все живы?! – рявкнул он, перекрикивая шум мотора. Ему пришлось заложить крутой вираж, чтобы не въехать в светящуюся фигуру в середине двора.
-- Я думал, на вас самолёт упал.
-- А это был не самолёт, – усмехнувшись, пояснил Тёма. – Поля говорит, эта херня – ангел. И чего-то хочет от длинного. Сообщить ему чего-то хочет, в смысле.
-- Благую месть... Весть то есть, – пробасил ангел согласно, приглядываясь к вновь прибывшему. – Речь я вести должон. Сколь возможно скорее.
-- А то что? – поинтересовался Локки, который не выглядел особо удивлённым.
-- Не то остыну, – скорбно признался ангел.
-- Не-не-не, – весело возразил Локки. – Остывать тебе, чувак, не рекомендуется. Держись, давай, скоро твой объект прибудет.
Он посмотрел на сырые шашлыки, потом подмигнул заговорщицки Тёме.
-- Тёма недоумённо нахмурился.
-- Ленок, чо мы на стол накрываем или как? – жизнерадостно поинтересовался Локки. – Где, кстати, Митяй?
-- В магазин ушёл, – не сразу ответила Ленка. – Какой накрывать-то? – она выразительно покосилась на ангела.
-- Ну и чо? – фыркнул Локки. – Не жрать теперь из-за него. Он же всё равно ненадолго... Тём, мужик, помоги стол вытащить.
Тёма пожал плечами и неохотно пошёл за Локки.
-- Шашлыки всё равно сырые же, – крикнула им вслед Ленка, чувствуя себя среди всей этой ситуации немного сумасшедшей. Она оглянулась в поисках поддержки. Джек в поддержку явно не годился. Он завис перед ангелом и сосредоточенно на него пялился.
-- Какой у вас практичный всё же братец, – сухо заметил Поля. – Мне даже боязно.
Ленка мысленно согласилась с ним, но ничего не ответив, ушла в дом за посудой. Через полминуты Локки погнал Джека ей помогать.
Пока все сновали между домом и летним столом, Поля сумрачно прохаживался перед носом у ангела. Ангел равнодушно безмолвствовал.
-- Ну. И кто тебя прислал? – не выдержал первым Поля. – Который из Девяти?
Ангел снисходительно повёл крылатым плечом.
-- Известно, который, – прогудел он и трубно высморкался в раскалённый добела рукав.
-- Я из чистого научного любопытства интересуюсь, – брезгливо сморщившись, пояснил Поля. – Разводите тут, сохрани мироздание, секреты контрразведки.
-- Грешновато, – глумливо протянул Ангел и замолчал опять.
-- Не Первый, – принялся перебирать Поля, загибая пальцы. – Ему давно плевать. Не Вторая, она вами не пользуется.
Ангел смотрел на него со скучающим интересом, как курьер, ожидающий в приёмной, на муху.
-- Кто ж больше всех боится? – продолжал Поля думать вслух. – Кого они бесят больше всех? Седьмую или Шестого? Пламя или Ртуть? Или это сам же Пятый своего персонажа решил рассватать?
Ангел зевнул, небрежно перекрестил пасть.
-- Не совался бы ты, холоп, во что не разумеешь...
Поля побагровел.
-- Ну-ну, – процедил он только. – Ну-ну. Значит, точно Пятый.
-- Не ссорьтесь, недоглюки, – крикнул Локки откуда-то из-за спины Ангела. – Эт явный перебор.
Ангел заозирался, неповоротливо переступая на месте, но так и не разглядел, что происходит за ним. А происходило там форменное неуважение к вестнику божию: Локки подговорил Тёму и они перетащили шашлыки к пышущему остаточным жаром ангелу, насколько могли близко. Потом Тёма при помощи план-схемы партиями отправлял шампуры с мясом, воткнутые вертикально в землю, ближе к жару. Пять минут спустя первая партия шашлыков на божественном огне была готова.
-- Жаль без дымка, – цокнул языком Локки и бессовестно заржал.
-- Если кто-то думает, что мы сядем за стол, не дожидаясь Митьку, я вас огорчу, – прохладно заметила Ленка, когда всё было готово.
-- Кто бы сомневался, –  ухмыльнулся Локки, скорчив Тёме и Джеку рожу. Впрочем, большинство присутствующих, судя по всему, есть не очень-то хотели: наблюдали за Ангелом. Остывая, он менял цвет и тускнел – всё больше деталей его внешности можно было разглядеть. Ещё несколько минут прошли в напряжённой тишине – как в классе на уроке.
-- Блин, вы тоже видите у него хвост? – первым нарушил молчание Артём.
-- И копыта, – добавил Джек, опасливо заглядывая в кратер. Ангел забеспокоился, замесил грязь в канаве копытами.
-- Да где ж Чернокрылый?! – прогудел он. – Никакой возможности моей ждать его нет долее.
-- Так ты чёрт что ли? – с интересом уточнил Локки. – А то – ангел, ангел.
-- Я – вестник, – произнёс тот значительно.
-- Я же говорил – профурсетка, – злорадно вставил Поля.
-- Уймись, челядь бескрылая!! – рявкнул вдруг ангелочёрт так, что всем позакладывало уши.
Пока народ приходил в себя после звуковой атаки, в калитке показался Митька с продуктовым пакетом в одной руке, которым он небрежно помахивал. Митька быстро окинул взглядом представшую перед ним картину, и бровь его будто сама собой круто выгнулась.
-- Ага, всё-таки у нас орали, – констатировал он, прикрывая за собой калитку. – Вы чё, дьявола вызвали?
-- Мить, это он к тебе сам пришёл, – тревожно начала Ленка. Но Ангел-чёрт обрадованным басом перебил её:
-- Слушай весть благую, весть божию, нечисть чернокрылая! Отныне долг твой прощён, отныне можешь быть свободен от своей епитимьи. Скидывай крыла свои чёрные и отправляйся со мной к свету вечному, благостному.
И протянул по направлению к Митьке свою лопату-ладонь.
Митька вздрогнул и недоумённо на неё уставился. Он даже, казалось, не понял смысла «благой вести». Впрочем, не понял никто. Только Поля привычным и нервным жестом протирал в сотый раз свои очёчки.
-- Что, прямо вот так? – заговорил, наконец, Митька хрипло, и стало ясно, что всё он понял. – Вот так просто? Что-то не верится.
– Разве мало тебе было искупления за одну простую ворону? – снисходительно пробасил Ангел-Чёрт, сейчас уже окончательно приобретший черты последнего.
-- Хрен с ней, с вороной, – отмахнулся Митька. Голос его прерывался. – А как же... они... двое? Как же... она? Я ведь за неё вечность должен...
-- Долг твой прощён, – весомо повторил Чёрт ниже на октаву. – Муки твои дозволено сей же час прекратить.
-Ленка несколько раз порывалась встрять в их разговор, но всё не решалась. Артём и Локки переглянулись. Локки пожал плечами. Джек расширенными, полными ужаса глазами смотрел на Чёрта и только немо открывал рот.
Митька выпустил из пальцев пакет и, чуть покачнувшись, сделал было шаг навстречу протянутой гигантской руке. Удержался.
-- Можно мне... Можно мне подумать? – тихо спросил он, опуская голову. Крылья его безжизненно свисали с плеч, как грязное тряпьё.
Вестник с плохо скрытым разочарованием опустил лапищу.
-- Сорок дней тебе на размыслие остаётся. Там ужо решишь, как я обернусь за тобой... Как решишься, отрок, выходи под небо... хм, хм... подальше от человеков. Оттудова и вознесёшься в мир горний. Прощевайте, еретики, – закончил он, кивнув остальным.
Он потоптался на месте, поглядел в небо. Распахнул крылья, взмахнул ими, подняв жаркий ветер, но взлететь не смог. Был он теперь совершенно красный и выглядел точно, как чёрт. Он недовольно проворчал что-то, притопнул по газону копытом, теперь особенно отчётливо видным, махнул длинным хвостом с сердечком на конце и, вдруг, вертанувшись волчком, ухнул штопором под землю, подняв целый фонтан земли до самой дачной крыши. Народу пришлось прикрыть головы от летящих комьев. Через мгновение о прибытии вестника уже напоминала только земляная дыра в центре участка.

+1

236

Лоторо написал(а):

Бабушка слушала её и качала головой:
— Сука не захочет, кобель не вскочит, — неодобрительно сказала она.

Качала головой, будто сочувствовала, и тут на тебе! Уж лучше "неодобрительно качала головой", а "неодобрительно сказала она" лишнее в любом случае". А бабушка уж очень жёсткая. Про "стыдоба, никому ни слова" верю - старая школа, а вот про кабеля и суку не очень.

Лоторо написал(а):

попал осколок кривого зеркала

Зачем кривого? У нашего люду и на просто разбитое суеверный страх. А кривое больше к смеху, а не к страху. Вы пытаетесь совместить несовместимое.

Лоторо написал(а):

Они оба будто смотрели на мир из-за невидимого, но очень прочного стекла. Из неотсюда.

По-моему, сравнение с окном подошло бы. Сидят на подоконнике, глядят из-за стекла равнодушно на прохожих в грозу.

Лоторо написал(а):

А у Ленки вот — блокнот с рисунками.

Вот сейчас реально передёрнуло) Я пару раз тексты терял, восстанавливать их потом как каторга.

Лоторо написал(а):

а то и рвёт на самолётики, жжёт, если это какой-нибудь бестолковый ребёнок

Вот тут не верю. Ещё чувство утраты сильно, себя жалеешь больше блокнота. Это потом взгрустнётся тёплым вечерком, а как же мои бедные рисунки, порваны, стоптаны, смытые. Сейчас же на первом плане - утеря блокнота, а не рисунков в нём. Или если бы она его нашла, прижала крепко к груди, тогда мысли о рисунках были бы самый раз. Испытываем эмоции по мере поступления)

Лоторо написал(а):

— А ты — хам, — задохнулась от возмущения Ленка. — И вообще, ты даже рисунков не видел, почему сразу "дура"? Может, наоборот, я правильно на врача пошла, а рисование — не моё.

Ей бы тревогой страдать от потери блокнота, ведь недавно описывалась целая трагедия по этому поводу. А тут она и стыдится, и злится, и возмущается, и теряется. Не много ли эмоций?

+2

237

Лоторо написал(а):

Но Ленке было уже всё равно, от восторга полёта захватывало дух

Чёт Ленку штормит нехило) В плане эмоций. Она ведь  пошевелиться боялась, а тут восторг даже удивление перепрыгнул. Восторг от того, что жива осталась я бы ещё понял. И, думаю, чьё это здание ей было плевать уже в момент прыжка с крыши)

Лоторо написал(а):

Ленка покраснела. Она уже не так сильно переживала о блокноте.

Лоторо написал(а):

— Наверное, нет, уже совсем поздно. Может быть, завтра днём  одна схожу...

От ваще ни разу не логично. Я уж не говорю о блокноте, но если понравился Митька и Ленка ведёт себя так развязно (шарфом душит, целует), да сходи ты с ним, поищи гриб... локнот.
По "Сверточку" в целом. Галопом по европам. Может разбавить тем, что между локациями?
И концовка сильно не понравилась. Все эти уменьшительно-ласкательные настраивают не на трагический, а на несерьёзный лад. Как ребенку, ути-пути, коленку разбил малютка, ойойой, беда-то кака-ая. В этой сцене вы практически прямым текстом рассказываете, как всё трагично. Не надо этого делать. Наигранно. К примеру, картина: утро, мать, ребёнок, её улыбка. Вот ни разу не верю. Вдумайтесь, женщина только после родов, ранним утром с дитём, которое, скорее всего, недавно уснуло. А она просто смотрит в окно и улыбается, ну прям с обложки глянцевого журнала "Материнство знаменитостей". Фальшь так и прёт. Дайте ей усталости, взлохмаченные волосы, истощённый вид, мешки под глазами. Иначе как я узнаю её счастье. Подумаешь, улыбнулась, мало ли, анекдот вспомнила от скуки. Где эти описания? Ищите)
И "свёртка" слишком много. Я понимаю, название главы нужно оправдывать, но не так же настойчиво. Достаточно просто показать, что младенец в свёртке, а то как живое существо даже не воспринимаешь - посылку в руках держит какую-то.

Лоторо написал(а):

И свёрток поник в руках женщины.

Этот приём должен растрогать, но когда он повторяется несколько раз подряд, то не срабатывает. В данном случае вообще вызвал недоумение. Ни ребёнок (в пелёнках-то!), ни тем более свёрток (как статичный образ) поникнуть не способны физически.
С холодной головой выбросить все "муси-пуси" и описать образно и отстранёно, что происходит в комнате. Не убеждайте, показывайте!

Лоторо написал(а):

Джек затихла под подушкой и через несколько секунд уже осторожно стащила её с лысой головы.
— А какая у тебя суперспособность? — спросила она заинтригованно. — И какой у тебя суперкостюм и суперимя?

Не верю. Сгодится ребёнку, ревущему по инерции: "А что это такое? Что у меня в руке?". А вот стыд и гнев совсем другое дело (+рыдания в голос). В стыде - я не достойна узнать! В гневе - да не хочу я от тебя ничего узнавать! Дайте время ей "остыть", переведите чувства из "горячей" фазы в "холодную", в "инерцию".

Лоторо написал(а):

— Слышь, малая, чё тут расселась? — пристал как-то раз к ней почти взрослый Быканов

Слишком нарочита Фамилия - выбивает из колеи.

Лоторо написал(а):

Джек покраснела до слёз.

Стыд и смущение не вызывают слёзы. Если ещё обида есть, другое дело. Или имеется в виду физиологическая особенность? Как по носу ударить и слеза выступила?)

Лоторо написал(а):

Но слова Лилички про Гришку настолько расходились с объективной реальностью

Как-то заумно рассуждает ребёнок. Я понимаю, серьёзные вещи она может понимать и обдумывать, но происходит это на основе ее простых слов и понятий. Она же не профессор.

Лоторо написал(а):

Гришка довольно покраснел

Лоторо написал(а):

и покраснела от волнения

Чёт они краснеют по поводу и без...

Лоторо написал(а):

Но не пришлось.

От начала 1.2.4 и до этой фразы очень трудный текст. К тому же мысль резко ушла в сторону. От сна - общего, к родителям - частности. Сначала нужно логически закончить одно, а уж затем перейти к пояснениям мотивов.

+1

238

Олег, спасиб, дорогой :)

ПС: люди, если вдруг кто-то оскорбится от комментариев Олега в лучших чувствах, подумайте, что человек потратил кучу времени на прочтение и комментарии, он -- молодец!

0

239

Лоторо написал(а):

Я не Дылдик, — смущённо пробормотал Джек. — За мной гонится. Что-то. Что-то страшное.

Страх и смущение плохо согласуются.

Лоторо написал(а):

Всякая тварь имеет своё время и предназначение

Лоторо написал(а):

Даже умереть толком не в состоянии.

Лоторо написал(а):

Иди в лабиринт и умри как следовает!

Образ девочки распадается - стиль не согласован.
1) "Судьбу"?
2) "не могут"?

Лоторо написал(а):

Джека затрясло от страха, иррационального

Иррационален - это когда идёшь по улице и вдруг страшно, а тут вполне рационален.

Лоторо написал(а):

Страх разом отступил, затаился в уголке сознания.

Не верю. Страх быстро приходит с испугом, медленно уходит с тревогой, а быстро с яростью. Тут он отступил из-за чего? Вообще не описано, отступил и всё тут(

Лоторо написал(а):

Есть всего девять сущностей

Это мертворождённый приём.
Для начала замечу, я в полном объёме осилил две сущности. Потом по диагонали.
Приём рассчитан на то, чтобы читатели примерили образы на персонажей. Но этого не произойдёт и вот по каким причинам:
1) образы тяжеловесны. Не просто слово, а его расшифровка.
2) образы противоречивы. Вода? Она не заполняет все пустоты, это способность газа, и в воде этого газа просто запузыришься. И как вода может играть за всех статистов (а ведь именно вода по смыслу!). И как вода может быть апатичной, если она постоянно в движении? Болото и лесное озеро это лишь малая часть образа воды. А ведь главное в нём река. Единственное, что согласуется - "наполнитель мира". И ртуть... Тот, кто разбивал градусник знает, что её легко скатать в шарик и трудно потом разбить из-за поверхностного натяжения. То есть раздваиваться и растраиваться она не любит, а держит себя крепко. Она подвижна, однако "словно ртуть бежит впереди и стремится обойти"? Вот честно, как можно это представить?
И так по каждой сущности. Вместо того, чтобы развить образ, уточнения его рушат до основания. И получается такая каша, что никто потом не вспомнит, куда, кому и что примерять.
Инструмент будет действовать (отчасти) лишь когда описания всех этих сущностей выписать в шпаргалку. А это, согласись, не есть гуд)
Нужно согласовать образы и по возможности упростить. Вода - мягкая и легко приспосабливается, но есть скрытая сила. Ртуть - подвижная и с неявной угрозой. Воздух - легкий и нежен, но держит самые тяжёлые тучи. Огонь - греет и сжигает, опасен для неосторожных. И так далее. Не надо пространных пояснений, если только цель не в том, чтобы показать, насколько не от мира сего этот Чёрный Птиц)

Лоторо написал(а):

— Херня какая, — потряс головой Тёма

Детские имена уже начали раздражать( Смысла в них вообще не вижу.

Лоторо написал(а):

— Херня какая, — потряс головой Тёма и отнял у Локки очки. — Они что, индивидуально подстраивают картинку под человека? Или у них рандомное воспроизведение?

По идее, героев надо размежевать и делать это всеми доступными способами, ведь их целая толпа и чтобы различать их, без особых черт характера никак. Тогда зачем Артёму лексикон Локи?

Лоторо написал(а):

- Опыты над живыми людьми запрещены, — с явной грустью сообщил Артём.

Он что, учёный-экспериментатор? Откуда грусть?

Лоторо написал(а):

Огорчённая, впрочем, гораздо меньше, чем могла ожидать, она вернулась домой и принялась за бытовые дела.

А вот я огорчён гораздо больше, чем мог ожидать(

Лоторо написал(а):

— Да не шизофрения, не бойся, — почесал ухо плечом Джек. Тон его был неожиданно серьёзен и горек.

Что неожиданно, то неожиданно...
Итог до сего момента по характерам: есть предпосылки для формирования персонажей как личностей с уникальным стилем общения и поступками, но особых различий я не вижу. Если меня спросить, как поступит какой-то из героев в определённой ситуации, я смогу лишь по Локи дать смутный ответ и то не во всех случаях. Вот к примеру, Артём, он же не собирался идти на крышу, обещал себе. Так какого лешего он туда поперся так легко? Как мне понять характер, если они сами себе изменяют? Можно ведь было отобразить борьбу любопытства и осторожности. Почему её нет? Именно эта борьба дала бы мне понятие о том, кто такой Артём. А пока только недоумение(

+1

240

Лоторо написал(а):

одновременно с раскаянием и с раздражением окрикнул

Как вообще может уживаться в реальности, а не на бумаге раскаяние и раздражение, опасение и негодование? Одно может покрывать другое, но как их вместе изобразить внешне я не могу представить.

Лоторо написал(а):

— Точно, — подтвердил Митька, безучастно глядя поверх голов

Лоторо написал(а):

— Так и что потом? — не отставал Митька. — Что после того, как мы их найдём?

То он безучастен, то ему интересно? Вот эти противоречия сбивают с толку. Далее:

Лоторо написал(а):

С одной стороны Джек страшно переживал, что ему фактически пришлось применить силу — не повлияет ли это на «чистоту» проекта?

Другими словами, ложил он болт на чувства остальных.

Лоторо написал(а):

Анюта с Сашкой, внимательно посмотрели на Джека.
Джек покраснел.

Другими словами, их чувства его сильно заботят.

Лоторо написал(а):

— Не, — быстро ответил Джек и открыл второй глаз с интересом уставившись на Ленку. — Да как-то неудобно вас объедать, — сглотнув голодную слюну, вежливо ответил он.

Тут ему интересно.

Лоторо написал(а):

— У меня нет телефона, — сказал Джек и покраснел

Тут ему стыдно.

Лоторо написал(а):

Ну вот всю часть вопросов по Сашке я вынуждена пропустить -- это или читается или нет.

Что значит "читается"? Слог хороший, не выбивает) Понимается ли?
А что тут понимать? Жалость к положению Джека и внушённая зонтом мысль, ведь покладистый вряд ли захочет хранить свой секрет  в такой ультимативной форме. Мои же вопросы глубже: когда жалость успела стать для них сильным аргументом и почему такой диссонанс в объяснениях:

Лоторо написал(а):

Тут ему пришла в голову странная идея — как-будто кто-то шепнул ему на ухо и толкнул под локоть для верности. Сашка поколебался мгновение, потом осторожно взялся за ручку зонта двумя руками и перевернул его, уткнув куполом в землю.

Лоторо написал(а):

Сашка подумал, что никогда и ни за что не расскажет Анюте о том, что произошло. Он пожал плечами, и взял её под руку, мешая забрать зонт.

Жирнющий толчок для простейшего дела и незаметность для несвойственного характеру решения (если это действительно зонт внушил).

0


Вы здесь » Литературная Ныра » Диван Прозы » Боги-17, Альфа-версия